Вчера я не успела разместить свои утренние рисунки за прошлую неделю. Весь день провела в городе, знакомясь с очередями в центре неотложной помощи (глазки мои, глазки). Ну и потом все, на что у меня хватило сил — забиться в угол дивана и спрятаться под вязаным пледом от всего, что происходит вокруг. И это порочная практика, прятаться от мира в узкой щелке между библиотекой и садиком на подоконнике. (Хотя вот Цицерон сказал: «Если у тебя есть сад и библиотека, то у тебя есть все, что тебе нужно». И я с ним всю жизнь соглашалась, а потом однажды подумала, «что ж ты, блин, Цицерон, сам так не жил. Сад и библиотека, да, были. Зачем тогда постоянно в Сенате выступал? Значит, не все, что тебе было надо, исчерпывалось садом, библиотекой и посиделками с друзьями»).
Ок, что-то мысль в сторону убежала. Первый рисунок — пером на писчей бумаге, Собеседник называется. Рисунок переработан, слишком много лишних линий и ракурсов, тот случай, когда надо либо дальше работать (ну не на писчей-то бумаге), либо остановиться и начать заново. Назовем это поисковым листом.
Дальше продолжаются статуи, есть такая прелестная бронзовая штучка, Венера с ожерельем (без ожерелья, оно по понятным причинам не выжило). Ну, у меня получилась Аврора, только благодаря внесению акварельных полосок внезапно. И да, идеальные формы такие, не очень хотят устойчиво на земле стоять (вспомните хоть Венеру Боттичелли, я вообще не понимаю как она на своей ракушке закреплена).
Букет и Птичка как куст делались в один раз, и обе работы (маркер и ручка) — первые подходы к инктоберу, он на следующей неделе начинается. И мне обычно нужно до фига времени, (к тому времени, когда я представлю наконец тему, месяц заканчивается) чтобы «войти в него». Так что, начинаю заранее)
Ну и на сегодня все, внезапно. Есть еще, но хорошенького понемножку (а уж плохого — вообще по капле, как лекарство от всего только).
