Выставка открылась 7 декабря, а 9го числа мы уже пошли смотреть. Ну и как всегда, пишу только сейчас. Но вы еще успеете ее посетить (и я тоже, одного визита просто недостаточно, чтобы все увидеть и во всем, по возможности, хотя бы слегка, разобраться). Официально она идет до 18 февраля.
И у меня большое искушение (впервые за долгое время) просто скопировать текст экспликации и разместить только фото. Потому что когда и художник, и куратор (Лиза Цикаришвили, она же соавтор ряда работ) точно знают что и как они хотят сказать, блогеру остается только тихо побывать на выставке и сообщить один только факт — вот, идет выставка, которую надо посмотреть обязательно.
Но я же не умею тихо молчать. поэтому договоримся так. Сначала вы читаете авторский текст-экспликацию. (И я правда надеюсь, что вы прерветесь сейчас и прочитаете этот текст). А потом я попробую вставить свои пять копеек про свои впечатления.
И ключевое слово здесь — «свои» впечатления. В экспозиции много автобиографичных деталей, много образов и намеков (иначе знаков), которые не способен «прочитать» посторонний. Некоторые упомянуты в экспликации (я надеюсь, вы ее уже прочитали), например, песня «Cale-se», которую, если честно, я до этой выставки не знала.
То есть, практически все образы, связанные с личной мифологией автора, я не смогу расшифровать. Кажется, по субботам в галерее иногда проводят модерации с автором. Тот случай, когда стоит их не пропускать. (Ну хотя бы чтобы лично спросить Александра -«а это что для вас значит?»)
Первое, что бросается в глаза -суггестивный подход к экспозиции. Это именно тотальная инсталляция, объекты и картины (или картины-скульптуры?, в-общем, объекты) буквально перекрывают друг друга, напирают на зрителя своими объемами и массой, занимают все свободное пространство. Не удивлюсь, если они с течением выставки будут меняться местами. Легко представить (но тут мое личное мифологическое сознание виновато), что по ночам они там как-то отдельно существуют, общаются между собой. Я сразу вспомнила легендарную фразу из жэк-искусства: «ночью там продолжается жизнь». Мне показалось, что на выставку в классическом белом кубе каким-то чудом удалось перенести атмосферу подвала Kunsthalle #7.
Поэтому первой задачей зрителя (=меня) стало выделить из общей инсталляции отдельные экспонаты. И вот тут наступил щекотливый момент. Разные люди читают одну и ту же книгу и понимают ее по-разному. И если такое происходит с текстами (а там все-таки слова, их по словарю проверить можно), то представьте как по-разному мы посмотрим на тотальную инсталляцию Александра Цикаришвили. Я это к тому, что те работы, которые мне запомнились, и те объекты, которые в моем телефоне оказалась, в данном конкретном случае рассказывают больше про мою личную мифологию. Я (как и большинство зрителей, я уверена) выделила только те работы, которые что-то важное означали для меня. И пропустила те, которые оказались связанными с чужим личным опытом. И, если вдуматься, любое искусство всегда немножко про это — личную реакцию, практически узнавание (еще хочется сказать резонанс) чего-то своего личного и маленького в чем-то чужом личном и большом. Диалог через объект получается. И это приятный диалог, потому что если не писать про свой опыт восприятия, то этот диалог — разговор с отсутствующим автором, безопасная коммуникация на расстоянии. (Про этот феномен много написано, даже и у А.Данто, но если честно, мне сейчас не хочется лезть цитаты вылавливать. А потом, вроде бы простая вещь, но у всех написано также путано как у меня)).
То есть, мой совет — идите на выставку. То, что я все-таки покажу (а иначе читать неинтересно и зачем я тогда снимала, лол) — это очень узкий, искажающий общую идею выставки, взгляд.
